На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Закон и Порядок

135 783 подписчика

Свежие комментарии

  • ВС
    ...«пятый помощник заместителя начальника отдела снабжения»... Иными словами бригадир свинофермы.Российско-китайск...
  • Андрей
    генералам сроки и конфискация должны быть максимально возможными.О коррупции, сове...
  • карюкалов вячеслав
    Эх ностальгия.Информация о заде...

Они начали догадываться

Они начали догадываться

Доброй ночи, Империя.

На снимке – пшеничное поле в провинции Самора в Испании, горящее уже от второй волны жары с начала апреля. Судя по всему, урожай в Испании и Франции в этом году будет мизерный – а если учесть и крайне низкий уровень осадков за зиму и весну, то будут проблемы и с электричеством. Что ГЭС в Испании, что АЭС во Франции требуют воду. Очень много воды – и похоже, что у Господа свои планы на эти края.
В прошедшую зиму осадков во Франции не было 42 дня подряд. Весной же подобный период уже приближается к 40 дням, так что урожаю там точно не повезло – во всяком случае, местные эксперты по безопасности вовсю бьют тревогу из-за пересушенных лесов и зарослей кустарников.

Мир может побить новый рекорд средней температуры в 2023 или 2024 годах, чему способствуют изменение климата и ожидаемое возвращение погодного явления Эль-Ниньо, говорят ученые-климатологи.

Климатические модели предполагают, что после трех лет погодных условий типа Ла-Нинья в Тихом океане, которые в целом немного понижают глобальные температуры, в конце этого года мир столкнется с возвращением Эль-Ниньо, более теплого течения.

Даже не тянет шутить по поводу десяти казней египетских, хотя аналогии напрашиваются сами собой.

Во время Эль-Ниньо ветры, дующие на запад вдоль экватора, замедляются, а теплая вода смещается на восток, создавая более высокие температуры поверхности океана.

“Эль-Ниньо обычно ассоциируется с рекордными температурами на глобальном уровне. Произойдет ли это в 2023 или 2024 году, пока неизвестно, но, я думаю, это более вероятно, чем нет “, – сказал Карло Буонтемпо, директор Европейской службы по изменению климата Copernicus.

Но изменения климата – всего лишь фон происходящих изменений. Кризис кризисом, климат климатом, геополитика геополитикой – и если в головах простых европейцев эти понятия никак не связаны, то это беда только для европейцев. Более консервативные народы как-то увязывают одно с другим – никто не знает почему, видимо воздух другой.

Самым жарким годом в мире за всю историю наблюдений был 2016 год, совпавший с сильным Эль-Ниньо, хотя изменение климата приводило к экстремальным температурам даже в годы, когда этого явления не было.

Последние восемь лет были восемью самыми жаркими в мире за всю историю наблюдений, что отражает долгосрочную тенденцию к потеплению, обусловленную выбросами парниковых газов.

Повторюсь. Климат – всего лишь фон других, более глубоких изменений в мире. Планета стремительно выходит из состояния перепроизводства товаров, а это значит, что на смену нынешней экономической модели должна прийти совершенно другая – но беда в том, что существующая элита западных стран не способна не то что предложить другую модель, но и осмыслить происходящее.
Все, свободные ресурсы закончились. Началась борьба за оставшиеся куски энергетического и сырьевого благополучия – и Запад проигрывает в этой борьбе с разгромным счетом.

Беда еще и в том, что приходится объяснять зажравшемуся в прошедшие десятилетия населению новую реальность – а как ее объяснить, если ты и сам не понимаешь происходящего? Мало того, западные политики еще не верят, что все уже кончено и что потоками словоблудия описать будущее никто из них не способен – они же самые умные, они сумели построить рай на Земле. Правда, никто не уточняет, за счет чего и кого был построен этот рай – но ведь никто еще, по большому счету, не задает на Западе вопросы, как жить и что делать дальше.
Более того, уже появляется необходимость вести разъяснительную работу среди неразумного населения. К примеру о том, почему при таких диких вливаниях денег зеленая экономика все никак не наступит. Или о том, по каким причинам так до сих пор не побежден Путин и не наказана Россия. Или о том, что без России и Китая нынешний западный мир выжить просто не в состоянии, причем по самым объективным причинам.

Конечно, можно и не объяснять. Маню Макрон своему народу вообще ничего не объясняет – ну так народ и бунтует уже второй месяц, стачки и забастовки стали неотъемлемой деталью французского пейзажа. Или даже можно объяснять, но валить все на климат. Или на обстоятельства. Или на Россию с Путиным и Китай с Си – падение уровня жизни это не остановит и даже не затормозит, зато причины уважительные.
Это как с инфляцией – вроде и борьба с ней ведется всеми силами, и даже статистику под нужную цифирь подгоняют, а результата нет. Цены растут, доходы падают – в итоге даже получается, что и на Путина уже не свалить, слишком очевидны собственные промахи.

Тем не менее, объяснять уже приходится, только вместо объективного взгляда на собственную модель мы снова видим почти детское тыкание пальчиком в виновного – дескать, это не мы такие тупые, это вот он всех нас сумел обмануть. Он – это снова Путин. Ну и Россия, естественно. Это чтобы вы не удивлялись тому, о чем пойдет речь дальше.

Итак, в 2014 году сенатор Линдси Грэм сравнил экономику нашей страны с экономикой Италии – мол, эти русские совсем безбашенные, нашли против кого дергаться. Выступали бы против равного по силам, все было бы даже нормально – но нет, русские закусились на коллективный Запад.
С легкой руки сенатора Грэма сравнение России с Италией пошло гулять по просторам интернета и западных СМИ в многочисленных мемах – и это же позволило Бараку Обаме заявить, что экономика России порвана в клочья. Много с тех пор воды утекло, Обаму сменил Трамп, за Трампом пришел Байден, за Байденом придет Кондратий – а экономика России как стояла, так и стоит. Мало того, эти русские безответственно превратили западные санкции в объект шуток и насмешек, а подлый МВФ в конце концов был вынужден признать, что все слухи о преждевременной экономической смерти России оказались слишком преждевременными. Признал и повысил темпы роста экономики России.

И вот что любопытно. Своими словами сенатор Грэм сформировал общее отношение западных стран к российской экономике, как к чему-то крайне несущественному, до предела коррумпированному и готовому рухнуть при первых же потрясениях.
Трясут уже долго. Трясут так, что у самих почва из-под ног уходит – но если свято верить сенатору Грэму, то Россия не может не проиграть в схватке. Хотя бы потому, что остатки логики подсказывают, что иного просто быть не может – достаточно сравнить объемы экономик.

Джо Байден заявляет, что “российская экономика сократится вдвое”.

Брюно ле Мер, министр финансов Франции, говорит, что целью Запада является “крах российской экономики”.

В итоге Джанет Йеллен, министр финансов США, вынуждена признать, что санкции против России ставят под угрозу гегемонию доллара.

И ведь даже не поспоришь, если брать во внимание номинальный ВВП – по этому показателю в 2013 году ВВП России составил 2,29 трлн долларов, ВВП Италии – 2,14 трлн долларов.
Мало того. По итогам 2021 года ВВП России упал до 1,78 трлн, ВВП Италии тоже слегка снизился, до 2,11 трлн долларов – и при этом проблемы двух стран кардинально отличаются. Россия наращивает отдельные отрасли (то же продовольствие) и увеличивает промышленное производство. Да, второй квартал 2022 года слегка прижал нас ко дну, но уже с третьего квартала началось восстановление – в итоге мы потеряли за 2022 год около 2,5% ВВП. Неприятно, но не смертельно. Упали нефтегазовые доходы, но и это временное явление, пока перенастраиваются потоки на другие рынки – у Италии же, при таком красивом ВВП, промышленный спад и замедление экономики видно уже невооруженным глазом. Плюс государственный долг в 160% ВВП, что вносит свои трагические оттенки в будущее этой страны.

Ну ок, сказали на Западе. Раз что-то не очень бьется по номинальному ВВП, будем считать по паритету покупательской способности (ППС) – тут-то статистика у нас и сойдется.
Если верить цифрам ВВП ППС, то объем российской экономики составлял уже 3,74 трлн долларов в 2013 году и 4,81 трлн долларов в 2021.

Так, стоп. Как такое вообще может быть??? Если номинальный ВВП падает, то почему растет ВВП ППС??? Причем растет нагло и безнаказанно???

И вот казалось бы – ну вот она, зацепочка, потяни за ниточку и размотай весь клубок. Но нет, слишком страшно – начнешь тянуть, а там еще такое вылезет, что впору лечь и помереть. Вопросы ведь возникают, очень и очень неприятные. К примеру такой: каким образом при совокупном доходе с нефти и газа с 2000 по 2020 год в объеме 2,2 трлн долларов эта загадочная Россия умудрилась устроить перевооружение своей армии и ядерной триады стоимостью минимум 2,5 трлн долларов, по тем же западным оценкам?
И даже нет смысла упоминать, что эти 2,2 трлн долларов пошли на пенсии, другую социалку, строительство инфраструктуры и новых заводов. Откуда еще минимум 2,5 трлн? Мало того, еще ведь и разные кубышки набивали до отказа, под самую крышечку.

Договорились, считаем по ППС – а это уже и не Италия вовсе, а вполне себе Германия. 3,68 трлн в 2013 году и 4,85 трлн в 2021 году. Как вам такое, сенатор Грэм?
А никак, это все равно не объясняет устойчивости России. И тогда до наших бывших партнеров начало доходить, что дело вовсе не в объеме экономики, а в ее структуре. То есть то, о чем мы тут талдычим уже годы, только-только начало приходить в светлые западные головы.

Сапир отмечает, что за последние пятьдесят лет в западных экономиках все больше доминируют сектора услуг, которые, внося свой вклад в расчеты ВВП, теряют свое значение во время конфликтов. В таких ситуациях важно производство физических товаров, и по этому показателю экономика России не только сильнее немецкой, но и более чем в два раза надежнее Французской. Кроме того, доминирующее положение России в мировой торговле энергоносителями и сырьевыми товарами — поскольку она является ключевым производителем нефти, газа, платины, кобальта, золота, никеля, фосфатов, железа, пшеницы, ячменя, гречихи, овса и многого другого — предоставляет ей существенные рычаги влияния на рынки и экономику, делая ее менее восприимчивой к санкциям и менее легко поддающейся давлению Запада. Эта реальность не ускользнула от внимания многих стран Глобального Юга, которые сдержанно поддерживали Украину в ее борьбе против российской агрессии.

Да ладно??? Правда, что ли??? И ведь это говорит не хрен с горы, а один из самых видных французских экономистов Жак Сапир! Надеюсь, теперь вы понимаете, почему экономика Франции оказалась там, где оказалась, при этом вместе с французской энергетикой?
Но дальше – вишенка на весь этот пьяный тортик:

Хотя сенатор Грэм допустил существенную ошибку, проводя экономическое сравнение России и Италии, его, возможно, можно простить на том основании, что он политик.
Однако этого нельзя сказать о ряде экономистов и экспертов по внешней политике, которые повторяли эту линию на протяжении многих лет вплоть до настоящего времени включительно.

И добить ногами:

Тем не менее, сохранение российско-итальянского мифа среди этих профессионалов, возможно, неудивительно, учитывая привлекательность секторов услуг на Западе.
Впечатляющий рост этих капиталоемких секторов, наряду с их номинальным богатством и производительностью, побудил многих в Вашингтоне и различных западных столицах не просто принять их, но и предпочесть их политически, культурно и идеологически.

Мы, американцы, особенно гордимся, например, успехом наших технологических гигантов как движущих сил инноваций, роста и национального престижа. Интернет и различные приложения, которые процветали на смартфонах, по мнению многих, по своей сути демократизируют, эффективно служат проводником американских ценностей и содействуют национальным интересам США.

Я понял. Вот то горящее пшеничное поле на снимке – это иллюзия и самая наглая российская пропаганда. Его (поле) легко можно заменить кликом по приложению в смартфоне – раз, и ты уже сыт. Еще клик – и у тебя новая армия из юнитов, идущих в бой против Мордора одним мановением руки. Еще клик – и армия юнитов удваивается.
Клик – и у тебя в кармане триллион. Или два. Или двадцать. Клик – и твои “Минитмен-3” плавно превращаются в сверхсовременные “Сентинел” с гиперзвуком и красивыми лампочками на оперении стабилизаторов. Клик – и у тебя самая-пресамая мощная экономика в Галактике и Вселенной, а альдебаранская делегация на коленях (или что у них там?) слезно просит принять их в состав Соединенных пока Штатов.

Эта любовь к секторам услуг приводит к тенденции рассматривать трудоемкие отрасли прошлого — энергетику, сельское хозяйство, добычу ресурсов, обрабатывающую промышленность — как устаревшие реликвии. Но эта искаженная перспектива оставила нас неподготовленными к миру, в котором материальные блага вновь приобретают жизненно важное значение, о чем свидетельствует наша борьба перед лицом войны в Украине.
Конфликт “выявил тревожную нехватку производственных мощностей в Соединенных Штатах”. В Европе Соединенное Королевство отметило, что “потребуется 10 лет, чтобы заменить запасы оружия, переданные Украине, и восстановить количество британского оружия до приемлемого уровня”. ЕС, со своей стороны, теперь отрезанный от дешевых российских энергоносителей, сталкивается с ужасающей возможной перспективой быстрой деиндустриализации.

Нам давно пора признать, насколько сильно мы недооцениваем относительный размер и мощь экономик соперников, включая (и особенно) российскую. Политикам также следовало бы пересмотреть свой нынешний подход к управлению экономикой — санкции не являются универсальным решением для всех, особенно когда имеешь дело с нацией, обладающей значительной экономической мощью.

Но, прежде всего, давайте примем решение никогда больше не произносить слов “у России экономика размером с Италию”.

Подождите, это они еще до нашей теневой экономики не добрались – а что мы будем делать, когда доберутся? Где мы будем их искать в этом случае? С кем вести диалог, так сказать, если все попрячутся?
Суть конфликта в том, что он экзистенциальный. Либо мы их, либо они нас – и третьего здесь не дано. Именно поэтому им запрещено думать о том, что случится в случае их проигрыша – а мы знаем, что он случится. Мы вообще знаем многое из того, что только начинает до них доходить – и мы не просто уверены в нашей победе, у нас есть для этого все основания, в том числе и наша экономика, которую они никак не могут уронить всем своим “цивилизованным миром”, вместе взятым. И это не говоря уже о нашем духе, выкованном нашим же великим прошлым.

Но лично меня мучает совершенно другой вопрос.
Почему все эти западные политики так похожи друг на друга, когда им задают неудобный вопрос? Они так одинаково сосредотачиваются, что даже страшно – в этот момент они становятся крайне похожими на моего кота, когда тот сидит в лотке.

Просто одно лицо, не отличить. Загадка века, не иначе.

 

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх