Многодетную мать выкинули из очереди на жильё и угрожают лишить родительских прав из-за бедности.
АЛЕКСЕЙ ПЕТРОВ
Вместо туалета семья использует ведро, а на жалобы им угрожают опекой. О чудесах жилищной политики в русской глубинке - в материале Царьграда.
Кто такая Ольга Тунгулина?
45-летняя Ольга Тунгулина из села Нижняя Тавда (Тюменская область) - потомственный медик. Она 10 лет проработала медсестрой, но из-за декретов не смогла вовремя подтверждать квалификацию. Сейчас женщина трудится в местной оптике с зарплатой 27 тысяч рублей. Троих детей растит одна.
Старшей дочери 17 лет - она с отличием окончила школу и поступила в колледж на бюджет. Средней - 11, она отличница, занимается танцами и самбо. Младшему сыну четыре года, он ходит в садик.
Отец девочек - участник СВО, с Ольгой в разводе. Отец младшего мальчика без вести пропал на фронте. С ними живёт мать Ольги - ветеран труда, отдавшая медицине 45 лет.
"Дочка ходила в туалет в школе"
Вся семья из пяти человек ютится в ветхом бревенчатом доме 1950-х годов площадью 52 квадратных метра. В доме нет ни ванной, ни туалета. Весной, когда грунтовые воды поднялись и уличную выгребную яму затопило, ситуация стала невыносимой.
- Стыдно говорить, но дочка ходила в туалет в школе, я - на работе. А мою пожилую маму и маленького сына спасало ведро. Я искала по задворкам "пятый угол", чтобы вылить нечистоты, - рассказала Ольга.
Обустроить внутри дома душ или туалет невозможно из-за технических проблем со скважиной. Выкопать новую яму или построить баню тоже нельзя - участок слишком мал, а за забором - больница, не позволяющая соблюсти санитарные нормы. Стены промерзают, крыша прохудилась.
Роковая ошибка и исключение из очереди
Ольга живёт в этом доме с детства. Раньше он принадлежал бабушке, а в 2016 году женщина купила его у мамы за материнский капитал. И это стало фатальной ошибкой: наличие этого жилья (пусть и аварийного) позволило чиновникам признать семью обеспеченной.
С 2006 года Ольга стояла на учёте нуждающихся в улучшении жилищных условий. Но в 2024 году её исключили из очереди. Основание - кадастровая стоимость дома превышает 200 тысяч рублей (она составляет 300 тысяч). При том что однокомнатная квартира в селе стоит от 2,5 млн рублей.
Прокуратура и следком нарушений в действиях администрации не нашли. Формально всё законно. Более того, семье сначала выдали бесплатный участок под строительство как многодетной, но потом забрали - Тунгулины не успели на нём построиться за полгода. Денег и времени не хватило.
Квартиру - бизнесмену, угрозы - матери-героине
Перед Новым годом глава округа Сергей Борисевич вручил ключи от новых квартир, построенных по муниципальной программе. Четыре из пяти квартир получили нуждающиеся. Но в списке счастливчиков оказался местный предприниматель Акопян (владелец пекарни, поставляющей выпечку в супермаркеты) и женщина с одним взрослым ребёнком.
Многодетная мать, едва сводящая концы с концами, осталась ни с чем. Местные жители возмущены: квартиры получают те, у кого формально нет жилья дороже 200 тысяч рублей, даже если фактически они живут в нормальных условиях. При этом часть квартир до сих пор пустует.
Когда Ольга попыталась добиться справедливости, против неё начали проверку по подозрению в мошенничестве с маткапиталом. А затем последовала настоящая угроза:
- Следователь был у нас дома, видел наши жуткие условия и оформил отказной материал. Но предупредил: "Вы понимаете, что у вас могут забрать детей из-за ненадлежащих жилищных условий?", - говорит Ольга.
Эксперты о системе
Ситуацию прокомментировал эксперт по недвижимости Константин Апрелев:
- Несправедливость местных органов управления нужно решать через деятельность органов надзора, СМИ, судебных инстанций и прозрачность нормативной базы, связанной с предоставлением жилья льготным категориям.
Ольга в мае повторно подала документы на восстановление в очереди, но ответа пока нет.
"Это меня убивает — где справедливость? У моих девочек отец — действующий участник СВО. Почему на фронт не идут те, кто получил бесплатные квартиры?",
- недоумевает многодетная мать.
Люди боятся, что если механизмы предоставления жилья останутся непрозрачными, то льготы будут доставаться более "пронырливым" людям, а не тем, кто действительно нуждается.
Случай Ольги очень показателен. Формальные критерии и неравномерное распределение жилья оставляют без помощи самых уязвимых. Местные жители призывают органы надзора начать проверку и пересмотреть подходы к распределению муниципального фонда, чтобы адресная помощь многодетным семьям, вдовам и семьям участников СВО стала действительно доступной, а не превращалась в инструмент для избранных.
----------------------------------
Формально не бедная
С 2006 года Ольга стояла на учёте нуждающихся в улучшении жилищных условий. Но в 2024 году её исключили. Причина — формальная.
Кадастровая стоимость её старого дома — 300 тысяч рублей. А порог для признания малоимущими в районе — 200 тысяч. Чиновникам без разницы, что дом — аварийная развалюха, где стены промерзают, крыша течёт.
Построить новую яму или баню невозможно: участок крошечный, а за забором — больница. Санитарные нормы не соблюсти. Семье даже выделяли бесплатный участок под строительство, но через полгода отобрали — не успели возвести дом. Денег и времени не хватило, но и это никого не волнует.
Ключи от новой квартиры получил Акопян
Перед Новым годом глава Нижнетавдинского округа Сергей Борисевич вручал ключи от новых квартир в муниципальном доме. Среди счастливчиков Ольга увидела местного предпринимателя Акопяна, владельца пекарни, которая поставляет выпечку в супермаркеты. Ещё одну квартиру дали женщине с одним взрослым ребёнком. Многодетная мать, чей муж на фронте, осталась ни с чем.
Угроза вместо помощи
Когда Ольга попыталась жаловаться, администрация сначала не пускала её на порог. Прокуратура внесла представление главе, но толку не было.
Более того, против женщины начали проверку по подозрению в мошенничестве с материнским капиталом. Следователь осмотрел дом и оформил отказной материал, но предупредил, что из-за ненадлежащих жилищных условий у нее могут забрать детей.
То есть как речь заходит о помощи в улучшении жилищных условий — её дом на бумагах превращается в роскошный коттедж. А если надо чем-то угрожать — тот же дом сразу стал ненадлежащим для проживания детей.
Ольга не пьёт, работает, дети — на хорошем счету. Вся её вина — в бедности. В начале мая она заново подала документы на восстановление в очереди. Ответа пока нет.
Свежие комментарии