В Хабаровске произошёл инцидент, который всколыхнул общественность и вновь поднял болезненный вопрос о миграции, безопасности детей и бездействии окружающих.
Конфликт начался как обычная детская ссора между двумя одиннадцатилетними мальчиками. Но один из них — из семьи приезжих — позвал на помощь мать. То, что произошло дальше, сложно назвать просто дракой: это была организованная расправа.
Взбесившаяся женщина схватила чужого ребёнка, обездвижила его и скомандовала собственному сыну бить обидчика. Под крики и подбадривания матери мальчик наносил удар за ударом, пока обессиленная жертва не потеряла сознание. Вокруг стояли дети, мимо проходили взрослые — но никто не осмелился вмешаться. Лишь испуганно наблюдали за варварской сценой.
Певица и общественный деятель Виктория Цыганова прокомментировала произошедшее, назвав вещи своими именами:
«Вы удивитесь, но явление настолько частое, что ему в сети даже название придумали — "кишлачное правосудие". Почему это происходит? Потому что мы позволяем. Русский народ разобщён как никогда. Граждане России запуганы, боятся даже пальцем тронуть чужих детей. А мигранты активно мстят за своих. Ведь они знают, что вмешиваться никто не станет, а проблемы в суде как-нибудь потом решат через диаспору».
Слова Цыгановой бьют в самую суть проблемы. Речь не о ненависти к мигрантам как таковым, а о системной безнаказанности, которая формируется, когда:
· одни уверены, что «своих не бросают» и диаспора решит любой вопрос;
· другие боятся вмешаться в ситуацию, когда у них на глазах избивают ребёнка, опасаясь ответной агрессии или юридических последствий;
· а государство реагирует лишь тогда, когда дело получает широкий резонанс.
В данном случае уголовное дело уже возбуждено — правда, по статье о хулиганстве, а не о причинении вреда здоровью несовершеннолетнего.
«Но сколько подобных случаев остаются в тени?»
И действительно: сколько российских детей получают травмы от приехавших в нашу страну «дорогих гостей и их отпрысков», психологические потрясения, унижения — без камер, без свидетелей, без огласки? Сколько родителей молчат, боясь «раздуть конфликт с мигрантами» или столкнуться с местью? Сколько таких историй растворяется в бюрократической и юридической волоките, пока диаспоры «решают вопросы в свою пользу»?
Феномен, который в сети окрестили «кишлачным правосудием», — это не просто бытовое насилие. Это демонстрация силы, сигнал от приехавших в нашу страну чужаков: «Мы — вместе, вы — поодиночке. Мы бьём — вы молчите». И пока общество остаётся разобщённым, а правоохранительная система работает по остаточному принципу, данная тенденция будет только крепнуть.
Цыганова не призывает к самосуду или агрессии. Она говорит о другом: граждане России имеют право на безопасность — в своём дворе, в своей школе, на своей улице. В своём городе и в своей стране. И это право должно защищаться всеми возможными законными способами, не постфактум, а на опережение.
Для этого нужно:
· чётко пресекать любые попытки «семейной мести» и коллективного давления со стороны мигрантов;
· гарантировать защиту тем, кто вмешался, чтобы остановить насилие;
· ужесточить ответственность за преступления против несовершеннолетних, независимо от статуса нападавшего;
· и, главное, восстанавливать чувство общности и взаимной поддержки среди коренных жителей — не через ненависть, а через ответственность друг за друга.
Инцидент в Хабаровске — не приговор. Это тревожный звонок для нашего общества: если мы продолжим закрывать глаза на несправедливость, которая творится у нас на глазах, и жить по принципу «моя хата с краю, ничего не знаю», то «кишлачное правосудие» очень скоро может стать нормой на нашей земле.
Олеся Аверьянова
Юрист: что грозит мигрантке, помогавшей сыну избивать ребенка в Хабаровске
Что произошло
В Хабаровске следственный отдел по Центральному району возбудил уголовное дело по факту драки между двумя 11-летними мальчиками. Инцидент произошел в спальном районе во дворе многоквартирного дома прямо среди белого дня. Словесный конфликт между детьми быстро перерос в потасовку. В какой-то момент в происходящее вмешалась мать одного из мальчиков, по некоторым данным, мигрантка, но не с целью остановить драку, а чтобы помочь своему сыну.
На видеокадрах видно, что она даже не попыталась разнять детей. Напротив — стояла рядом, хладнокровно наблюдала и держала чужого ребенка за руки, чтобы ее сын мог беспрепятственно наносить удары. За дракой наблюдали как дети, так и взрослые, которые по какой-то причине остались безучастны к происходящему. После случившегося обоим мальчикам потребовалась медицинская помощь. У пострадавшего, по неофициальным данным, диагностированы ушибы и ссадины, а также возможна закрытая черепно-мозговая травма, так как последние удары наносились ногами в область головы.
Правоохранительные органы возбудили уголовное дело по статье 213 УК РФ — хулиганство. Максимальное наказание по ней составляет 7 лет лишения свободы. Сейчас следователи устанавливают все обстоятельства инцидента: с чего началась драка, кто находился рядом, как именно действовали взрослые и какую роль сыграл каждый участник. Также назначена экспертиза для определения степени тяжести причиненных телесных повреждений.
Риски переквалификации
Адвокат коллегии «Законность и справедливость» Анатолий Зутиков, специализирующийся на защите прав несовершеннолетних, в разговоре с ВФокусе Mail отметил, что многое будет зависеть от материалов дела, которые он не видел. Однако предположил, что статью, скорее всего, переквалифицируют.
Все будет зависеть от того, насколько серьезные травмы получил пострадавший ребенок. Если это легкие побои — одно наказание, если тяжкий вред здоровью — совсем другое. Но вот что важно: действия матери не подпадают под статью “вовлечение несовершеннолетнего в преступление”. Речь идет о полноценном пособничестве. По версии следствия, женщина не просто смотрела, как ее сын избивает другого ребенка, она помогала ему. По сути, они действовали заодно, по взаимному сговору, — пояснил адвокат.
Юрист сомневается, что статья о хулиганстве останется в силе. «Хулиганство здесь не очень подходит, — заявил Зутиков. — Возбудили дело по этой статье, скорее всего, потому что это первая попавшаяся статья, которая более-менее подходила под внешние признаки преступления. Если в процессе следственных действий выяснится, что мать кричала сыну “Убей!”, и это попало на запись или есть свидетели, то здесь уже совсем другая квалификация будет».
Несмотря на то, что 11-летний мальчик вместе с матерью избивал сверстника, привлечь его к уголовной ответственности невозможно — он младше 14 лет. Максимум, что грозит юному агрессору, – это направление в специальную школу закрытого типа (СУВУ ЗТ). Однако для его матери закон не делает исключений. Если будет доказано, что она выступала в роли подстрекателя и пособника, ее действия квалифицируются как соучастие в преступлении. И если травмы пострадавшего признают тяжкими, женщине грозит уголовная ответственность по пункту «а» части 3 статьи 111 УК РФ («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное группой лиц»). Максимальное наказание по этой статье — до 12 лет лишения свободы.
Что касается возможного лишения родительских прав, Зутиков отметил, что в рамках уголовного дела этот вопрос не решается. «Это другой процесс, гражданский. Лишить мать прав может только суд, но для этого нужно заявление, например, от отца ребенка. Если такого заявления нет, то должна вмешаться прокуратура. Она выйдет в суд с представлением о лишении родительских прав, и тогда суд будет решать этот вопрос», — уточнил он.
Свежие комментарии